Купальня «Вифезда» - Забавное Евангелие

КУПАЛЬНЯ «ВИФЕЗДА».

 

Больной отвечал ему: так, господи; но не имею человека, который опустил бы меня в купальню, когда возмутится вода; когда же я прихожу, другой уже сходит прежде меня.

Иисус говорит ему: встань, возьми постель твою и ходи.

И он тотчас выздоровел, и взял постель свою, и пошел. Было же это в день субботний. Иоанн, глава 5, стихи 7-9.

До тех пор, пока Иисус не чувствовал более или менее единодушной поддержки, он колебался и сомневался, но когда – после провала в Назарете – его с энтузиазмом приняли в Капернауме, он сказал себе, что настало время решительно и бесповоротно взяться за выполнение возложенной на него миссии. Пусть успех его был весьма относительным, все же это был успех, и он мог сделать следующий шаг, потому что за ним уже шли.

Весьма неуверенный дебют ходячего Слова затянулся почти на год. Таким образом, мы вновь встречаемся с нашим бродягой накануне очередного пасхального празднества.

Иисус не преминул еще раз посетить Иерусалим. Однако теперь он решил не устраивать новых скандалов в храме, хотя менялы и торговцы развернулись там пуще прежнего. В этом решении не было никакой логики. Одно из двух: торговцы либо оскверняют храм, либо не оскверняют. Однажды Иисус заявил, что оскверняют, и, чтобы оставаться последовательным, должен был снова выразить по этому поводу свое благородное негодование, как он это сделал в прошлом году, и не отступаться в дальнейшем, пока торговцы не откажутся от своей святотатственной коммерции.

Но логика и скромность были в равной степени чужды сыну голубя.

Итак, в этом году он решил оставить торгашей в покое.

Вместо того чтобы явиться в храм и начать свои обличения, Иисус направился к банному заведению, расположенному у Овечьих ворот. Называлось оно купальня «Вифезда». Последнее слово по-древнееврейски означает «дом милосердия».

Собственно говоря, Иисус ушел не так уж далеко от храма. Овечьи ворота потому и назывались Овечьими, что через них прогоняли овец, которых затем продавали для жертвоприношений.

Купальня представляла собой довольно обширный плавательный бассейн, питаемый железистыми и горячими источниками. Основатели этого заведения придумали соответствующую легенду, которая привлекала толпы посетителей. Легенда гласила, что в определенное время года ангел господень якобы сходит с небес в купальню и возмущает воду. Тогда первый и единственный (!) клиент, который бросится в бассейн сразу «по возмущении воды, выздоравливает, какою бы ни был одержим болезнью».

Все жители Иерусалима верили в эту сказку, и больные стекались в купальню «Вифезда» табунами. С нетерпением ожидали они момента, когда вода начинала бурлить. Убежденные, что это ангел господень возмущает воду незримой рукой, все наперегонки бросались в бассейн, и каждый старался первым окунуться в чудодейственные струи.

Я наперед знаю, что скажут по этому поводу люди умные и просвещенные. Они скажут:

– Владельцы банного заведения «Вифезда» – довольно ловкие жулики.

Легенда, ходившая среди наивной публики, разумеется, придумана ими самими с начала до конца. А внезапное кипение воды в бассейне объясняется периодической активизацией горячих источников. Вот и все.

В горах Иерусалима и в самом деле обнаружено множество источников, сернистых и железистых, с обычной температурой воды и горячих. В частности, внутри горы, на которой стоял храм, оказалось целое подземное озеро. Этот огромный резервуар питьевой воды был знаменит еще в древности и считался одним из чудес Иерусалима, так как он помогал горожанам выдерживать самые длительные осады. Об этом говорил еще Тацит в своей «Истории» (книга 5, глава12).

Сравнительно недавно монашенки пресловутого ордена «Дам Сиона», закладывая фундамент сиротского приюта «Се человек», натолкнулись на древние цистерны, питаемые обильными источниками; до сих пор сохранившийся водопровод уходит от этих цистерн под ограду храма.

О существовании многочисленных подземных источников евреи знали еще с глубокой древности: в Псалтири о них говорится: «речные потоки веселят град божий, жилище всевышнего» (Псалом 14, стих 5). Иезекииль, тот самый знаменитый пророк, который ел бутерброды с человеческим калом, также был восторженным поклонником этой священной реки. Он посвятил ей двенадцать первых стихов сорок седьмой главы своих пророчеств, где, в частности, сказано: «Из-под порога храма течет вода на восток… Эта вода течет в восточную сторону земли, сойдет на равнину и войдет в море, и воды его сделаются здоровыми… и всякое живое существо, пресмыкающееся там… будет живо, – и рыбы будет весьма много… и все будет живо там» (Иезекииль, глава 47, стихи 1-12).

– Таким образом, – заключат господа скептики, – великое банное чудо было самым обыкновенным явлением. Объяснить его не составляет труда. Обычно купальня «Вифезда» снабжалась водой нормальной температуры. Время от времени, когда у владельцев этого заведения оказывался под рукой какой-нибудь достаточно ловкий симулянт, в котором они были уверены, что он сумеет нырнуть первым, в бассейн пускали со дна самую горячую воду. Эта вода перемешивалась с холодной, поверхность бассейна как бы закипала, и все кричали, что явился незримый ангел. В ту же секунду мнимый больной бросался головой вниз и выныривал, громко возвещая, что вмиг исцелился от всех недугов. Остальные клиенты следовали за ним и тоже купались, а поскольку воды источников в конечном счете действительно обладали кое-какими целебными свойствами, больные получали некоторое облегчение. Оно приписывалось чудодейственной силе возмутившего воду ангела, и каждый больной возвращался восвояси с твердой уверенностью, что, если бы ему повезло и он сумел стартовать первым, от его болезни не осталось бы и следа. На подобные доводы людей умных и знающих ученые богословы отвечают следующим образом:

– Когда дело касается веры, думать и рассуждать вообще не следует. Если в евангелии, написанном под диктовку голубя, то бишь святого духа, сказано, что ангел господень незримо возмущал в бассейне воду, одновременно сообщая ей чудодейственные свойства, этому надо верить, и точка? Были там горячие источники или не были – значения не имеет?

Священное писание утверждает, что в купальне «Вифезда» творились чудеса, – значит, она была чудодейственной. Можно спросить:

– А не скажете ли вы: сохранился этот сверхъестественный бассейн до наших дней? Ответ:

– Да, сохранился. В Иерусалиме до сих пор паломникам показывают бассейн, разумеется, не бесплатно, ибо все, что напоминает легенду о жизни Христа, столь дорого добрым христианам, что они, как добрые христиане, готовы за это платить любые деньги. Больше того, сейчас в Иерусалиме верующим демонстрируют целых две купальни «Вифезда», причем владелец каждой готов удостоверить в письменном виде, что именно его купальня является единственно подлинной и настоящей, той самой, которая существовала в евангельские времена. Первая из этих купален расположена между Харамом и воротами святого Стефана; вторая тоже находится неподалеку, близ церкви святой Анны. Последняя была обнаружена господином Моссом, французским архитектором, которому несколько лет назад поручили реставрировать статую святой Анны. Можно надеяться, что при первых же новых раскопках в этом районе Иерусалима будет найдена третья купальня «Вифезда» и что она будет единственно подлинной и настоящей, как и две предыдущие.

– А как насчет чудес? Они все еще творятся в каком-нибудь из этих купальных бассейнов?

– Что касается чудес, то о них больше не слышно.

В наши дни больные едут лечиться в другие места. Они считают, что ожидать, пока ангел возмутит в купальне воду, – значит понапрасну терять время.

В самом деле, станут вам ангелы беспокоиться ради такой безделицы! Даже если кто-либо из моих прелестных читательниц попросит своего ангела-хранителя передать ей в ванную мыло, он и ей рассмеется в глаза. Сии небесные создания, некогда столь услужливые по отношению к людям, теперь окончательно отбились от рук. Это поистине прискорбно.

Увы, где вы старые добрые времена, библейские и евангельские?

Чудес тогда было хоть отбавляй. Вплоть до того, что дирекция бассейна «Вифезда» могла бы ежедневно вывешивать на дверях своего заведения свидетельства исцеленных примерно в таком духе:

Чудо э 127.

Во время последнего похода в Иллирию я потерял руку. Тщетно искал я ее на поле боя, тщетно печатал в газетах объявления, обещая приличное вознаграждение тому, кто мне ее вернет; все оказалось напрасно, рука была утрачена безвозвратно. Тогда я облекся в траур, причем было пролито немало слез: дело в том, что мне житья не давала ехидная теща, а одной рукой я не мог ее придушить, и рыдал безутешно.

Как-то раз совершенно случайно я услышал лестные отзывы о бассейне «Вифезда». Тотчас отправился я в Иерусалим и через Овечьи ворота прошел в вышеупомянутое заведение.

Целый месяц провел я на своем лежаке возле самого края бассейна, с нетерпением ожидая, когда ангел небесный возмутит в нем воду. Благословенный миг наконец наступил в прошлый понедельник в десять тридцать утра. С быстротою и ловкостью, которые всегда меня отличали, я нырнул в бассейн раньше всех других инвалидов, а когда вынырнул, то с истинным удовлетворением убедился, что отсутствовавшая рука вернулась на свое место; правда, она почему-то оказалась вдвое длиннее.

Вначале это обстоятельство меня слегка стесняло, но впоследствии я привык, и теперь необычайная рука оказывает мне немало услуг. Когда у меня чешется пятка, я могу ее почесать, не сгибаясь. Проходя по улице, я могу дружески похлопывать по щечкам прелестных блондинок, сидящих у своих открытых окон. Когда я собираюсь в театр, я как и все становлюсь в очередь перед кассой, но благодаря своей длинной руке получаю билет раньше других.

Лишь одно меня огорчает: я не могу опустить руку. Мне все время кажется, что это собачий хвост, – а я собак не люблю и стараюсь отдавить им хвосты. Иногда мне это удается, но чаще я вскрикиваю от боли и убеждаюсь, что наступил себе на ладонь.

Несмотря на это маленькое неудобство, я воздаю тебе должное, купальня «Вифезда». Славься во веки веков! Ура' Ура! Ура!

Нестор Опопонакс, сержант пехоты в отставке.

Чудо э23.179.

Я очень люблю персики, но у меня была пагубная привычка проглатывать косточки. От этого у меня начался геморрой. Я пробовал от него избавиться, пользуясь наждачной бумагой. Средство оказалось мало подходящим: я только нанес себе весьма неудобное повреждение.

Тогда я отправился в купальню «Вифезда». Когда ангел вскипятил воду, я бросился в бассейн. Я был вторым и не смог излечиться полностью, но все же получил огромное облегчение: геморроидальные шишки исчезли там, где им быть положено, и выскочили в носу. Тогда я набрал большую бутыль чудодейственной воды и унес ее домой в надежде, что, если я буду пить ее регулярно, мой недуг пройдет окончательно.

Моя вера в бога и в чудесную воду не осталась тщетной. Я вернулся к себе, и кого бы вы думали встретил? Моего хозяина, который явился требовать просроченную квартирную плату за три месяца, угрожая в случае отказа выселить меня незамедлительно! Взбешенный его мелочностью, я швырнул бутыль в голову скупердяя. Каково же было мое изумление, когда я вдруг почувствовал, что геморроидальные шишки у меня в носу лопнули и чудесным образом переместились в виде здоровенного фонаря под левый глаз моего кредитора! В то же мгновение несчастный сделался лысым, как колено, и так изменился, что, увидев свое отражение в зеркале у меня над камином, принял себя за другого и даже принес мне довольно пошлые извинения.

Иеремия Бадуккус, поэт, поставщик Его Величества Ирода.

Чудо э 6.861.925.5.

Я страдал от всех мыслимых недугов: был ряб, крив, горбат, безног, беззуб, однорук, и моя жена красила волосы. Кроме того, в кишках у меня сидел солитер и старый зонтик.

С зонтиком дело было так.

Когда я появился на свет, моя матушка заявила, что выкормит меня сама. Она слыла доброй женщиной, но редко бывала дома. Едва мой отец уходил на работу, она спускалась вниз и до вечера сплетничала со всеми соседскими кумушками, так что я оставался целиком на попечении кухарки. Кухарка давно уже вышла из того возраста, когда женщина может быть кормилицей. Я начинал кричать в своей колыбели, но ей не удавалось выдавить из своих сосков и капли молока. Чтобы меня успокоить, она совала мне в рот либо ручку щетки для обметания пыли, либо набалдашник нашего семейного зонтика: говорят, что это весьма питательно. Но только однажды я вздохнул посильнее и проглотил зонтик.

Так я и рос с этим предметом в желудке. Невозможно рассказать, какие страшные мучения он мне доставлял! Однако, когда мне исполнилось пятнадцать лет, положение мое еще более ухудшилось: к уже привычному родному зонтику прибавился неизвестно откуда взявшийся солитер. Этот проклятый червяк так вертелся у меня в животе, что в конце концов перевернул зонтик набалдашником вверх! Вы себе можете представить, к чему это привело. Всякий раз, когда я садился за стол, чтобы проглотить хоть какое-то количество пищи, необходимой для поддержания жизни, солитер принимался пировать, как полдюжины Лукуллов, так что мне приходилось есть за десятерых; при этом те блюда, которые солитеру не нравились, попадали на зонт, раскрывали его, и я каждый день испытывал поистине адские муки. Тогда я решился и пришел в купальню «Вифезда». Семь раз я упускал момент и не успевал нырнуть первым. На восьмой раз мне это удалось. Едва ангел начал мутить воду, как я уже был в бассейне.

И случилось чудо! На место отсутствовавшего ранее глаза перескочил глаз одного из служителей заведения, который тут же окривел. У меня выросли две ноги, как у всех людей, гнилые зубы сменились крепкими и здоровыми, все рябины остались в бассейне, который покрылся желтыми кружочками, как хороший наваристый бульон, а недостающая рука выросла прямо с перчаткой цвета свежего масла и с шестью застежками. Я был восхищен.

И заметьте, на этом мои радости не кончились! Мой солитер проглотил мой зонтик и мгновенно покинул желудок, где оба пребывали столько лет, порой доводя меня до полного отчаяния. Мало того, вышеупомянутый червь тут же проник в одного больного, а так как внутри него был зонт, сообщавший его головке необычайную жесткость, он мгновенно выскочил сзади, проник в следующего, и так далее, пока из бассейна не вытащили целую связку жертв, нанизанных на проклятую тварь, как сосиски, висящие в витрине колбасной. Для того чтобы их отделить друг от друга пришлось моего солитера разрезать на множество кусков, причем резали, как говорится, по живому.

Что касается моего горба и моей благоверной, красившей волосы, то от них я тоже избавился. В то самое мгновение, когда я погружался в бассейн, мою жену похитил от супружеского очага раввин нашей квартальной синагоги, и одновременно – факт поистине презабавный! – мой позвоночник распрямился, а горб перескочил – догадайтесь, куда? – на живот моей бывшей жены. Это было чудесно! Это было потрясающе!

Посему я с утра до вечера возношу теперь к небесам благодарственные молитвы и восхваляю их за то, что они даровали Иерусалиму такую купальню, как «Вифезда».

Само собой разумеется, что вышеизложенная история моего чудесного исцеления, а также я сам, живой его свидетель, всегда к услугам владельцев этого восхитительного заведения.

Матафия Зоровавель, скупщик тыкв из Гефсимании в долине Кедрона.

Разумеется, иудеи с восторгом отзывались об этом бассейне, где достаточно было дождаться ангела, возмущающего воду, чтобы чудесные исцеления посыпались как из мешка. Главное было нырнуть первым!

Но если исцеленные таким образом больные благословляли небеса, в той же купальне было немало увечных, которым никак не везло.

В числе последних был один паралитик. Его приносили в купальню «Вифезда» тридцать восемь лет подряд, но, поскольку он не мог двигаться, всегда находился какой-нибудь ловкач, который его опережал.

Легко себе представить отчаяние этого неудачника!

Гораздо труднее понять, почему он не мог уговорить ни одного из своих носильщиков столкнуть его в воду в нужный момент и в то же время заставлял их тридцать восемь лет подряд таскать себя от дома к Овечьим воротам и обратно. Впрочем, оставим это.

Иисус заявился в купальню как раз тогда, когда наш расслабленный жаловался на свою судьбу.

Ходячее Слово сопровождала толпа зевак. Клиенты банного заведения при виде паралитика не могли удержаться от смеха, – его, конечно, все знали, и он давно уже стал притчей во языцех.

– Не понимаю, что тут смешного? – удивился Иисус.

Ему наперебой начали показывать на паралитика и рассказывать его историю.

Каждый старался перещеголять остальных. Их насмешки так обозлили больного, что его обычное уныние сменилось неистовой яростью. Иисусу еще никогда не представлялся более благоприятный случай доказать жителям Иерусалима, что божественный голубь действительно был его папой. Он приблизился к расслабленному, который не мог шевельнуть даже кончиком пальца, и спросил:

– Ты хочешь вылечиться?

– Что за вопрос! – проворчал паралитик. – Для чего же меня приносят сюда вот уже тридцать восемь лет!

– Однако, насколько я понимаю, тебе это не очень-то удается.

– Еще бы! Ведь я не могу и шагу шагнуть. Как же мне излечиться, скажи на милость? Каждый раз, когда вода закипает от руки ангела, в нее всегда успевает сунуться кто-нибудь другой.

– Неужели никто тебе не помогает?

– Помогает? Эта свора идиотов находит очень забавным, что я все время опаздываю. Им, видишь ли, смешно! Я даже не надеюсь, что кому-нибудь из них придет в голову милосердная мысль сбросить меня в бассейн, хотя бы хорошим пинком. А ведь я бы даже не рассердился на такую милую шутку, скорее наоборот.

– В самом деле, тебя можно пожалеть.

– Когда-нибудь пожалеют… Но зачем ты-то сюда явился? Оплакивать меня? Или без тебя мало дураков, которые надо мной издеваются? А если тебе и вправду меня жаль, стань рядом со мной и, как только вода закипит, швырни меня вниз!

Иисус пожал плечами.

– Встань! – обратился он к паралитику после короткой паузы. – Встань, возьми постель твою и ходи!

Больной сначала подумал, что сын голубя над ним смеется. Он уже хотел было разозлиться, как вдруг почувствовал, что кровь быстрее заструилась у него в жилах.

– Господи боже мой! – пробормотал он. – Гляди-ка, палец вроде шевелится!

И действительно, он зашевелил пальцами без всяких усилий.

– А вот нога дернулась!

Он дрыгнул сначала правой, затем левой ногой.

– Ого, а теперь и руки отошли… Все в порядке!

И бывший паралитик заметался, как кот, которому наступили на хвост.

Зрители были восхищены. Банщики не могли опомниться от изумления. Семь апостолов пыжились, как павлины, и принимали горделивые позы, словно в этом чуде была и их заслуга.

Иисус же благодушно потирал руки и с удовлетворением смотрел на все происходящее.

– Премного благодарен! – воскликнул бывший паралитик, выделывая от восторга самые невероятные коленца. – Поистине ты самый ловкий исцелитель из всех, кого я знаю!

С этими словами он свернул циновку, служившую ему постелью, еще раз поблагодарил ходячее Слово и устремился на улицу.

Но едва наш исцеленный выскочил из банного заведения, как его окликнули два полицейских.

– Эй ты, как тебя там! – заорали они. – Куда это ты бежишь?

Бывший паралитик остановился.

– Я тороплюсь показаться родным, – ответил он, – Хочу, чтобы они порадовались моему выздоровлению.

– А ну, стой, приятель! И не пытайся нас провести. Говоришь, ты выздоровел… Еще бы, мы и сами это видим… Но ты что, не знаешь, что сегодня суббота, день покоя, когда строго запрещается заниматься каким бы то ни было делом или работой?

Чудесно исцеленный разинул рот.

– Послушайте, – наконец промямлил он, – с каких это пор выздоровление стало работой?

– Довольно болтать, дружище… О твоем здоровье вообще нет речи. Речь идет о циновке у тебя под мышкой.

– Причем здесь циновка?

– Тысяча чертей, он еще спрашивает! Да ты что, слабоумный? В таком случае знай: законы Моисея запрещают в субботу всякие переселения.

Действительно, по библейским законам в субботу можно только отдыхать.

Что было делать чудесно исцеленному? Его уличили в нарушении предписаний Моисеевых.

Когда он понял, что полицейские сейчас составят на него протокол, бывший паралитик решил объяснить, что именно с ним случилось.

Сначала блюстители порядка не хотели верить ни одному его слову. Им казалось невероятным, чтобы кто-то вдруг исцелился, даже не омывшись в кипящей воде бассейна. И они уже склонялись к мысли, что нарушителя надо доставить в участок.

К счастью для нашего исцеленного, вокруг начали собираться зеваки, и вскоре его и полицейских окружила целая толпа. Человек двадцать свидетелей вызвались клятвенно подтвердить, что бывший паралитик рассказал правду.

Тем не менее упрямые полицейские, к тому же принадлежавшие к секте фарисеев, настаивали на составлении протокола. Фарисеи, как известно, были отчаянными формалистами и требовали буквального соблюдения всех законов Моисея.

Итак, чтобы отыскать настоящего виновника, они обратились к бывшему паралитику со следующими словами:

– Мы готовы поверить, что ты был болен, а потом исцелился. Значит, кто-то тебя вылечил, и этот кто-то нарушил библейские предписания, ибо занимался в субботу врачеванием.

– Но он не врач, и он не работал! – возразил исцеленный – Он просто сказал мне: «Встань и ходи!» Чудо не есть работа.

– Довольно! Толковать существующие постановления имеют право только представители власти. Твой чудотворец – нарушитель!

– Но послушайте…

– Молчать, говорят тебе! Отвечай на вопросы! Как его имя?

– А почем я знаю!.. Мы с ним незнакомы. Я его видел сегодня впервые. Такой высокий светлый шатен, волосы у него длинные, а как его зовут – убей меня бог!..

Больше из него ничего не удалось вытянуть. Исцеленный действительно не знал Христа, и ротозеи, толпившиеся вокруг, тоже не могли дать полицейским никаких сведений.

Скрепя сердце блюстители порядка отпустили бывшего паралитика и отправились составлять донесение о неизвестном врачевателе, который в нарушение существующих законов занимался в субботу исцелениями с помощью чудес.

С этого дня Иисус был взят на заметку: подозрение сразу же пало именно на него. Члены синедриона, не забывшие скандал в храме, учиненный ходячим Словом в прошлом году, решили установить за опасным бродягой постоянное наблюдение.

Несколько дней спустя дерзкий нарушитель явился в храм и встретил там бывшего паралитика. Исцеленный запрыгал от радости при виде своего исцелителя: его прямо-таки распирало желание еще раз засвидетельствовать свою глубокую признательность. Однако Иисус охладил его пыл.

– Я вернул тебе здоровье, – сказал он, – но не воображай, что я буду тебя лечить всю жизнь! Болезнь, как тебе должно быть известно, – это кара за грехи. Посему не греши больше, чтобы не подхватить еще какой-нибудь хвори.

А если ты все-таки заболеешь, тем хуже для тебя! Я в это дело больше не стану вмешиваться, даю тебе слово.

Бывший паралитик пообещал отныне сделаться пай-мальчиком, а когда его исцелитель удалился, начал расспрашивать окружающих, кто такой этот удивительный человек.

Среди верующих нашлись люди, знавшие Иисуса.

Они сказали исцеленному имя благодетеля, а тот в свою очередь не замедлил раструбить об этом повсюду.

Новые, и на сей раз точные, сведения подтвердили подозрения синедриона. Тотчас же было вынесено постановление возбудить против нарушителя законов Моисеевых уголовное дело.

Следователи священного суда явились к Иисусу и учинили ему форменный допрос.

– Признаете ли вы, что в прошлую субботу вылечили в купальне «Вифезда» некоего паралитика?

– Признаю.

– Вы занимаетесь врачебной практикой?

– Нет.

– То есть как нет? Человек болен, вы его лечите и заявляете, что не занимаетесь врачеванием! Между тем вы не могли не знать, что день саббат отведен исключительно для Отдыха.

Что же, вы думаете, ответил им Христос?

Он мог бы возразить, что не следует путать чудесное исцеление с обычным лечением с помощью лекарств и врачебных предписаний. Но этого он не сделал. Допрос стал для него поводом для длиннейшей речи, и он не замедлил ее произнести.

С превеликим многословием, подчеркивая каждую фразу нелепыми жестами, он разглагольствовал о том, что отец не перестает что-то делать; что у отца есть сын, которому поручено судить и рядить; что мертвецы, если им повезет и они услышат сына, будут жить вечно; что сам он не имеет своей воли и покорен воле того, кто его послал; что его кузен Иоанн Креститель – это лампа горящая и светящая; и что, наконец, Моисей – это обвинитель, на которого они надеются.

Вся эта галиматья настолько бессмысленна, что я считаю не лишним привести ее дословно. Пусть мои читатели еще раз убедятся: я ничего не выдумываю! Все фразы Христа, о которых упоминается в этой книге, принадлежат не мне, а ему.

Итак, вот бессвязная болтовня нашего мифического основателя христианства, изложенная в пятой главе Евангелия от Иоанна (стихи 19-47): «Истинно, истинно говорю вам: сын ничего не может творить сам от себя, если не увидит отца творящего: ибо, что творит он, то и сын творит также. Ибо отец любит сына и показывает ему все, что творит сам; и покажет ему дела больше сих, так что вы удивитесь. Ибо как отец воскрешает мертвых и оживляет, так и сын оживляет, кого хочет. Ибо отец и не судит никого, но весь суд отдал сыну, дабы все чтили сына, как чтут отца. Кто не чтит сына, тот не чтит и отца, пославшего его. Истинно, истинно говорю вам: слушающий слово мое и верующий в пославшего меня имеет жизнь вечную; и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь. Истинно, истинно говорю вам: наступает время, и настало уже, когда мертвые услышат глас сына божьего и, услышав, оживут. Ибо, как отец имеет жизнь в самом себе, так и сыну дал иметь жизнь в самом себе. И дал ему власть производить и суд, потому что он есть сын человеческий. Не дивитесь сему; ибо наступает время, в которое все, находящиеся в гробах, услышат глас сына божия и изыдут творившие добро в воскресение жизни, а делавшие зло – в воскресение осуждения. Я ничего не могу творить сам от себя. Как слышу, так и сужу; и суд мой праведен: ибо не ищу моей воли, но воли пославшего меня отца. Если я свидетельствую сам о себе, то свидетельство мое не есть истинно. Есть другой, свидетельствующий обо мне; и я знаю, что истинно то свидетельство, которым он свидетельствует о мне. Вы посылали к Иоанну; и он засвидетельствовал о истине. Впрочем я не от человека принимаю свидетельство; но говорю это для того, чтобы вы спаслись. Он был светильник, горящий и светящий; а вы хотели малое время порадоваться при свете его. Я же имею свидетельство больше Иоаннова: ибо дела, которые отец дал мне совершить, самые дела сии, мною творимые, свидетельствуют о мне, что отец послал меня. И пославший меня отец сам засвидетельствовал о мне. А вы ни гласа его никогда не слышали, ни лица его не видели. И не имеете слова его пребывающего в вас; потому что вы не веруете тому, которого он послал. Исследуйте писания: ибо вы думаете чрез них иметь жизнь вечную; а они свидетельствуют о мне. Но вы не хотите придти ко мне, чтобы иметь жизнь. Не принимаю славы от человеков; но знаю вас: вы не имеете в себе любви к богу. Я пришел во имя отца моего, и не принимаете меня; а если иной придет во имя свое, его примете. Как вы можете веровать, когда друг от друга принимаете славу, а славы, которая от единого бога, не ищете? Не думайте, что я буду обвинять вас пред отцем; есть на вас обвинитель Моисей, на которого вы уповаете. Ибо, если бы вы верили Моисею, то поверили бы и мне; потому что он писал о мне. Если же его писаниям не верите, как поверите моим словам?»

Надо честно признаться, что при всем старании и самом благожелательном отношении едва ли возможно отыскать в этой бредовой мешанине хоть каплю здравого смысла. Если бы сегодня какой-нибудь нарушитель уголовного кодекса вздумал разразиться на допросе подобной речью, его бы немедленно отправили на освидетельствование к психиатру.

Да и в те времена никто, разумеется, ничего не понял во всей этой болтовне.

Посланцы синедриона пожимали плечами, не зная, можно ли считать столь изобильное и бессвязное Слово вменяемым. В конце концов они плюнули и отказались от мысли арестовать Иисуса. По их мнению, он сам не понимал, что говорил, и вряд ли отвечал за свои поступки (Иоанн, глава 5, стихи 1-47). Они ограничились тем, что сунули ему под нос список запрещенных для субботы дел и предупредили, чтобы впредь он был повнимательнее.

В связи с этим я считаю не лишним познакомить читателей с некоторыми из подобных запретов, смешных и нелепых, как и все религиозные предписания. Полный их список содержится в так называемой книге Раввинов. Я приведу лишь наиболее типичные, чтобы показать, до какого абсурда доводит фанатизм.

В день саббат, или попросту в субботу, евреи были обречены на полное и абсолютное бездействие.

"Запрещается в день саббат слепому ходить с палкой. Запрещается всем иудеям носить любой груз, будь то веер, съемная коронка на зубе или даже бант, не пришитый к хитону. Запрещается писать более одной буквы подряд.

Запрещается убивать насекомое, даже если оно тебя жалит или кусает.

Запрещается растирать любую часть тела, если у тебя ревматизм. Запрещается полоскать больной зуб уксусом, если потом не проглатываешь полоскание, а выплевываешь. Запрещается сыпать в курятник больше зерна, чем могут склевать куры, дабы оставшееся зерно не проросло и не оказалось посеянным в день саббат. Запрещается путникам, задержавшимся в дороге в ночь с пятницы на субботу, идти дальше, даже если темнота застигла их в лесу или в поле, под дождем или ветром, или в местах, где им угрожают разбойники".

И не считайте, пожалуйста, что я все это выдумал для собственного удовольствия. Все вышеперечисленные запреты в те времена действительно существовали и соблюдались. Есть даже сведения об одном фарисее, по имени Шамаи, который после четверга уже не решался доверить слуге-язычнику самой пустяковой записки, опасаясь, как бы тот не вручил ее адресату в день саббат.

Христиане тоже не отстают от иудеев в


    Лео Таксиль. Забавное Евангелие    

 

 

>> На главную страницу сайта   >> К списку книг