Д-р Джон Колеман КОМИТЕТ 300 ТАЙНЫ МИРОВОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА№5

Правда
Д-р Джон Колеман
КОМИТЕТ 300
ТАЙНЫ МИРОВОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА



Представьте себе МОГУЩЕСТВЕННЕЙШУЮ ГРУППУ (которая не признает никаких национальных границ), включающую в себя банковское дело, страхование, угледобычу, торговлю медикаментами, нефтяную промышленность, члены которой несут ответственность исключительно только перед членами этой группы. Это Комитет 300.


Чачть №5

Она является главным поставщиком уксусного ангидрида для “золотого полумесяца” и “золотого треугольника”, Пакистана, Турции и Ливана. Фактическое финансирование этой торговли поручено Bangkok Metropolitan Bank (“Бангкок метрополитэн банк”). Таким образом, побочная деятельность, связанная с производством опиума, не относящаяся непосредственно к опиумной торговле, тем не менее дает банкам существенную прибыль. Но главная прибыль The Hong Kong and Shanghai Banking Corporation, как и всех остальных банков, делается на финансировании непосредственно опиумной торговли.
Я провел обширные исследования для того, чтобы установить связь между ценами на золото и ценами на опиум. Я обычно говорил тем, кто желал меня слушать: “Если вы хотите узнать цену на золото, узнайте, какова цена одного фунта или килограмма опиума в Гонконге”. Моим критикам я отвечал: “Посмотрите, что произошло в 1977 году — критическом году для цен на золото”. “Банк Китая” поверг в шок “пандитов” [ 6 ] золотого рынка и тех мудрых прогнозистов, которых в несметных количествах можно найти в Америке, внезапно и без предупреждения выбросив на рынок 80 тонн золота по демпинговым ценам.
В результате этого цена на золото резко упала. Эксперты могли сказать лишь следующее: “Мы не знали, что Китай имеет столько золота; откуда оно взялось?” Это было золото, заплаченное Китаю на гонконгском рынке золота за крупные партии опиума. Сегодня политика китайского правительства по отношению к Англии остается той же, что и в XVIII и XIX веках. Китайская экономика, связанная с Гонконгом — я не имею в виду телевизоры, текстиль, радиотовары, часы, пиратские аудио и видеокассеты — я имею в виду опиум и героин — подверглась бы жесточайшим ударам, если бы она не была основана на опиумной торговле, которую Китай делит с Британией. БОИК прекратила свое существование, но потомки тех, кто заседал в “Совете 300”, сегодня являются членами Комитета 300.
Старейшие олигархические британские семьи, которые были лидерами в торговле опиумом последние 200 лет, остались в ней и сегодня. Возьмите, например, Матесонов (Mathesons). Эта “благородная” семья — один из столпов опиумной торговли. Когда несколько лет тому назад положение Китая было шатким, Матесоны вмешались и дали Китаю заем в 300 миллионов долларов для инвестиций в недвижимость. Фактически это было оформлено как “совместное предприятие Китайской Народной Республики и Matheson Bank”. Когда я исследовал документы “Индийского офиса” 1700-х годов, мне попадалось имя Матесон — оно всплывало повсюду — Лондон, Пекин, Дубаи, Гонконг — везде, где шла торговля опиумом.
Проблема наркоторговли заключается в том, что она становится угрозой национальному суверенитету. Вот что сказал об этой всемирной угрозе посол Венесуэлы при ООН:
“Проблема наркотиков уже перестала быть просто проблемой здоровья общества или социальной проблемой. Она превратилась в гораздо более серьезный феномен с далеко идущими последствиями, который угрожает нашему национальному суверенитету. Она превратилась в проблему национальной безопасности, потому что она разрушает независимость нации. Наркотики во всех их проявлениях — будь то производство, продажа или потребление — вызывают наше перерождение, разлагая нашу этическую, религиозную и политическую жизнь, наши исторические, экономические и республиканские ценности”.
Именно в этом ключе действуют “Банк международных расчетов” (БМР) (Bank of International Settlements) и МВФ. Позвольте мне сказать без колебаний, что оба эти учреждения — не что иное, как клиринговые палаты, обслуживающие торговлю наркотиками. БМР может по указанию МВФ подорвать экономику любой страны, искусственно создав условия и средства для быстрого оттока “летучих” капиталов. БМР не признает и не проводит никаких различий между тем, что является “летучими” капиталами, и между тем, что является отмытыми наркоденьгами.
БМР действует по-гангстерски. Если страна не подчиняется грабительской политике МВФ, он фактически говорит следующее: “Хорошо, тогда мы сломаем вас при помощи огромного количества наркодолларов, которое у нас имеется”. Легко понять, почему золото перестало ходить в виде монет и заменено бумажным “долларом” в качестве мировой резервной валюты. Гораздо легче шантажировать страну, имеющую резервы в виде безналичных или бумажных долларов, чем ту страну, которая имеет резервы в золоте.
Несколько лет назад МВФ устроил встречу в Гонконге, в которой участвовал один из моих коллег. Он сказал мне, что семинар был посвящен именно этому вопросу. Он информировал меня, что агенты МВФ сказали собравшимся, что они могут буквально вызвать бешенный спрос на валюту любой страны, используя наркодоллары, что спровоцирует резкий отток капитала. Райнер-Гут (Rainer-Gut), представитель банка Credit Suisse и член Комитета 300, сказал, что он предвидит ситуацию, что к концу века национальный кредит и национальное финансирование будут находиться под контролем одной организации. И хотя Райнер-Гут не дал подробных разъяснений, все присутствующие на семинаре знали точно, о чем идет речь.
От Колумбии до Майами, от “золотого треугольника” до “золотого полумесяца”, от Боготы до Франкфурта торговля наркотиками, в особенности торговля героином — это БОЛЬШОЙ БИЗНЕС, и он полностью контролируется сверху донизу несколькими самыми “неприкасаемыми” семьями в мире, и каждая такая семья имеет по крайней мере одного члена в Комитете 300. Это не мелкая торговля на углу, этот бизнес обеспечен большими деньгами и экспертами, чтобы его ход был гладким и беспрепятственным. Механизм, находящийся под контролем Комитета 300 в полной мере обеспечивает это.
Таких талантливых торговцев невозможно найти на углах и в подземных переходах Нью-Йорка. Конечно, уличные толкачи являются неотъемлемой частью этого бизнеса, но только в качестве временных продавцов. Временных потому что их иногда ловит полиция, некоторых иногда убивают конкуренты. Но что от этого меняется? Замена на эту работу всегда найдется.
Это не предмет интереса “Администрации по делам малого бизнеса”. ЭТО БОЛЬШОЙ БИЗНЕС, огромная империя, этот грязный наркобизнес. По необходимости, в каждой стране им управляют с самых верхних эшелонов власти. Фактически сегодня это самое большое отдельное предприятие в мире, превосходящее все другие. То, что оно защищено сверху донизу, подтверждает факт, что, как и международный терроризм, его невозможно искоренить. Любому разумному человеку становится ясно, что управляют этим предприятием личности из числа самых влиятельных особ в королевских кругах, среди олигархов и плутократов, даже если это и осуществляется через посредников.
Главные страны, выращивающие опиумный мак и листья коки — Бирма, Южный Китай, Афганистан, Иран, Пакистан, Таиланд, Ливан, Турция, Перу, Эквадор, Боливия. Колумбия не выращивает листья коки, рядом в Боливии находится главное предприятие по очистке кокаина и главный финансовый центр торговли кокаином, с которым, после того как генерал Норьега был похищен и посажен в тюрьму президентом Бушем, соперничает Панама в деле отмывания денег и финансирования кокаиновой торговли.
Торговля героином финансируется гонконгскими банками, банками Лондона и некоторыми ближневосточными банками, такими как British Bank of the Middle East (“Британский банк Ближнего Востока”). Ливан быстро превращается в “Швейцарию Ближнего Востока”. Страны, вовлеченные в распространение и доставку героина — Гонконг, Турция, Болгария, Италия, Монако, Франция (Корсика и Марсель), Ливан, Пакистан. Соединенные Штаты — самый большой потребитель наркотиков, где на первом месте стоит кокаин, с которым соперничает героин. Страны Западной Европы и Юго-Восточной Азии — крупные потребители героина. Иран имеет огромное число наркоманов — более 2 миллионов в 1991 году.
Нет ни одного правительства, которое не было бы точно осведомлено обо всем, что происходит в торговле наркотиками, но отдельные члены правительств, занимающие важные посты, подкуплены Комитетом 300 через его всемирную сеть подконтрольных компаний. Если какой-нибудь член правительства является “неудобным”, он или она устраняется, как Али Бхутто в Пакистане и Альдо Моро в Италии. Никто не может уйти из под влияния этого всемогущего Комитета, хотя Малайзии еще удается удержаться. Малайзия имеет самые строгие в мире законы в отношении наркотиков. Обладание даже малой дозой карается смертной казнью.
Подобно болгарской компании Kintex, большинство малых стран непосредственно участвуют в этих преступных предприятиях. Грузовики Kintex регулярно поставляют героин в Западную Европу на своих грузовиках, несущих знак Европейского экономического союза — TIR (Triangle Internationale Routier — “Треугольный международный маршрут”). Фургоны, имеющие этот знак и регистрационные номера ЕЭС, не должны останавливаться на пограничных таможенных постах. Фургонам TIR разрешается перевозить только скоропортящиеся товары. Предполагается, что они досматриваются в той стране, откуда они везут груз, и свидетельство об этом, как предполагается, находится у каждого водителя фургона.
Благодаря международным договорным обязательствам получилось так, что в фургоны Kintex можно загружать героин, сертифицировать его как “свежие фрукты и овощи”, а затем развозить по всей Западной Европе, заезжая даже на совершенно секретные базы НАТО в северной Италии. Таким образом Болгария стала одним из главных транзитных каналов поставки героина.
Единственный способ прекратить поставки огромных количеств героина и кокаина на европейский рынок — это упразднить систему TIR. Но этого никогда не случится. Международные договорные обязательства, о которых я только что упоминал, были установлены Комитетом 300 с использованием своих поразительных сетей и механизмов управления, чтобы облегчить доступ всевозможных наркотиков в Западную Европу. Забудьте о скоропортящихся продуктах! Бывший резидент “Агентства по борьбе с наркотиками” в Италии сказал мне, “TIR — ЭТО НАРКОТИКИ”.
Вспомните об этом, когда вы в следующий раз прочтете в газетах о том, что большое количество героина было найдено в чемодане с двойным дном в аэропорту Кеннеди и что какой-то неудачливый “мул” понес наказание за свою преступную деятельность. Это всего лишь “мелочь”, пыль в глаза публики, чтобы заставить нас думать, что наше правительство действительно что-то предпринимает против угрозы наркотиков. Возьмите, например, “Французский след” — программу Никсона, начатую без ведома и согласия Комитета 300.
Общее количество опиума/героина, изъятое благодаря этим громадным усилиям, меньше четверти того, что везет один фургон TIR. Комитет 300 позаботился, чтобы Никсон заплатил большую цену за конфискацию относительно малого количества героина. Дело было не в количестве героина, а в том, что человек, которому они помогли занять Белый Дом, стал думать, что он может действовать без их помощи и поддержки, и даже игнорировать прямые приказы сверху.
Механизм героиновой торговли выглядит так: дикие горные племена в Таиланде и Бирме выращивают опиумный мак. При сборе урожая семенные коробочки надрезаются бритвой или острым ножом. Ароматное смолистое вещество вытекает через надрез и начинает густеть. Это сырой опиум. Собранный сырой опиум представляет собой липкие округлые комки. Представители диких племен получают оплату в виде золотых слитков в 1 кг., известных как 4/10, которые изготавливаются швейцарским банком Credit Suisse. Такие небольшие слитки изготавливаются с ЕДИНСТВЕННОЙ целью — служить средством оплаты диким племенам за опиум. Стандартные золотые слитки продаются на рынке Гонконга крупными покупателями сырого опиума или частично переработанного героина. Такие же методы применяются для оплаты горным племенам Индии — балучи, которые занимались этим делом со времен Моголов. “Сезон наркотиков”, как его называют, совпадает с резкой активизацией торговли золотом на рынке Гонконга.
Мексика начала производить относительно небольшие количества героина, называемого “мексиканский коричневый”, который пользуется большим спросом у голливудской тусовки. Здесь торговля героином также ведется высшими государственными чиновниками, которых поддерживают военные. Некоторые производители “мексиканского коричневого” зарабатывают миллион долларов в месяц, снабжая своих клиентов в США. Бывают случаи, когда несколько мексиканских федеральных полицейских пытаются предпринять меры против производителей героина, их “нейтрализуют” военные подразделения, которые появляются как будто из-под земли.
Подобный инцидент случился в ноябре 1991 года на аэродроме в мексиканском опиумном регионе. Федеральные агенты по борьбе с наркотиками окружили аэродром и собирались арестовать людей, которые грузили героин в самолеты, когда появилось военное подразделение. Солдаты окружили федеральных полицейских агентов по борьбе с наркотиками и методично расстреляли их всех до одного. Эта акция оказалась серьезной угрозой мексиканскому президенту Голтарину, от которого настоятельно требуют проведения полного расследования убийства. Голтарин попал в безвыходное положение; с одной стороны он не может игнорировать требования о расследовании, а с другой не может позволить себе обвинить военных. Это первый подобный сбой в прочной цепи управления Мексикой, которая тянется к Комитету 300.
Опиум-сырец из “золотого треугольника” переправляется сицилийской мафии и конечным переработчикам во Франции, которые завершают очистку героина в лабораториях, усеявших морское побережье от Марселя до Монте-Карло. В настоящее время Ливан и Турция наращивают производство очищенного героина, и за последние четыре года в этих двух странах появилось большое число героиновых лабораторий. Пакистан тоже имеет ряд лабораторий, но по качеству они находятся в более низкой категории, чем, например, французские.
Маршрут перевозки сырого опиума из региона “золотого полумесяца” проходит через Иран, Турцию и Ливан. Когда шах Ирана держал страну под контролем, он запретил продолжать торговлю героином, и ее вынуждены были прекратить до тех пор, пока вопрос не был “урегулирован” Комитетом 300. Опиум-сырец из Турции и Ливана доставляется на Корсику, откуда он перевозится на судах в Монте-Карло с молчаливого согласия семьи Гримальди. Пакистанские лаборатории, под вывеской “военных оборонных лабораторий”, доводят героин до гораздо более высокой степени очистки, чем два года тому назад, но самая высокая степень очистки пока достигается в лабораториях на французском побережье Средиземного моря и в Турции. Здесь банки также играют решающую роль в финансировании этих операций.
Давайте остановимся здесь на минуту. Можно ли поверить, что при наличии современных значительно усовершенствованных средств наблюдения и надзора, включая спутниковую разведку, которыми обладают правоохранительные органы в этих странах, эта мерзкая торговля не может быть раскрыта и остановлена? Почему правоохранительные и силовые ведомства не могут вмешаться и уничтожить эти лаборатории, как только они будут обнаружены? Если дело обстоит именно так, и мы все еще не в состоянии прекратить торговлю героином, то наши анти-наркотические службы следует назвать “гериатрическими”, а не агентствами по борьбе с наркотиками.
Даже ребенок мог бы сказать нашим так называемым “борцам с наркотиками”, что нужно делать. Необходимо просто установить наблюдение за всеми заводами, производящими уксусный ангидрид — САМЫЙ ВАЖНЫЙ химический компонент, необходимый в процессе производства героина из сырого опиума. ЗАТЕМ ИДИТЕ ПО СЛЕДУ! Все очень просто! Я вспомнил о Питере Селлерсе из сериала “Розовая пантера”, когда я подумал об усилиях правоохранительных органов, направленных на обнаружение лабораторий очистки героина. Даже такой путаник, как вымышленный инспектор, не встретил бы особых затруднений, прослеживая маршрут доставки уксусного ангидрида к месту его конечного назначения.
Государственные органы могли бы принять законы, обязывающие производителей уксусного ангидрида вести точный учет, показывающий, кто покупает химикат и для каких целей он используется. Но не следует ограничивать себя только этим, помните: наркотики — это Большой Бизнес, и он ведется олигархическими семьями Европы и “восточного либерального истэблишмента” США. Наркобизнес — это не мафиозные операции, он ведется не только колумбийскими кокаиновыми картелями. Благородные семьи британских и американских высших слоев не собираются на каждом углу рекламировать свою роль в этом деле, они всегда имеют прослойку прикрывающих людей, которые выполняют грязную работу.
Вспомните: британская и американская “аристократия” никогда не пачкала свои руки китайской опиумной торговлей. Лорды и леди достаточно умны для этого, как и американская элита: Дилоны, Форбсы, Эпплетоны, Бейконы, Бойлестоуны, Перкинсы, Рассели, Каннингхэмы, Шоу, Кулиджи, Паркманы, Раннеуэллы, Кэботы, и Кодманы (the Delanos, Forbes, Appletons, Bacons, Boylestons, Perkins, Russells, Cunninghams, Shaws, Coolidges, Parkmans, Runnewells, Cabots and Codmans) — это далеко не полный список семей в Америке, которые стали чудовищно богаты благодаря китайской опиумной торговле.
Поскольку эта книга не о торговле наркотиками, я не могу дать всестороннее освещение этого вопроса. Но его важность для Комитета 300 следует подчеркнуть. Америка управляется не 60 семьями, а 300 семьями, Англия же управляется сотней семей и, как мы увидим, эти семьи взаимосвязаны браками, компаниями, банками, не говоря о связях по линиям Черной Аристократии, франкмасонства, Ордена св. Иоанна Иерусалимского и так далее. Эти люди через своих подставных лиц находят способы защитить перевозки огромных количеств героина из Гонконга, Турции, Ирана и Пакистана и обеспечить их поставку на рынки США и Западной Европы с минимальными издержками.
Иногда партии кокаина арестовываются и конфискуются. Это обычные спектакли. Чаще всего конфискованные партии принадлежат новым организациям, пытающимся силой войти в этот бизнес. Такая конкуренция нейтрализуется путем точного информирования властей о том, где ожидается прибытие груза и кто является его собственником. Большое дело остается неприкосновенным; героин слишком дорог. Стоит заметить, что оперативным работникам “Агентства по борьбе с наркотиками США” (АБН) запрещен въезд в Гонконг. Они не могут проверить грузовые декларации судов, пока те не покинут порт. Можно только удивляться, почему в условиях так сильно развитого “международного сотрудничества”, средства массовой информации постоянно твердят о необходимости “разгромить наркоторговлю”. Ясно, что торговые маршруты героина защищены “высокими властями”.
В Южной Америке везде кроме Мексики господствует кокаин. Производство кокаина, в противоположность героину, очень простое, и огромные состояния сколачиваются теми, кто желает взять на себя риск за и от имени “высших бонз”. Как и в торговле героином, посторонних здесь не приветствуют, и они часто превращаются в жертвы несчастных случаев или семейных “разборок”. В Колумбии наркомафия представляет собой тесно связанную семью. Но нападение боевиков МI9 на здание Министерства юстиции в Боготе (МI9 — частная армия кокаиновых баронов) и убийство Родриго Лара Бонилла, известного прокурора и судьи, вызвало настолько широкий негативный резонанс, что “высшие власти” вынуждены были изменить структуру операций в Колумбии.
В результате братья Очоа из Медельинского картеля добровольно сдались властям, получив заверения в том, что их состояния останутся неприкосновенными, что лично им не будет нанесено никакого вреда, и что их не выдадут США. Была заключена сделка о том, что если они репатриируют основную массу своих наркодолларов в колумбийские банки, против них не будет предпринято никаких карательных действий. Братья Хорхе и Фабио Очоа и их главарь Пабло Эскобар должны были содержаться в частных тюрьмах, которые больше напоминают гостиницы высшего класса, а затем приговорены к срокам не более двух лет с отсидкой в тех же самых тюрьмах класса люкс. Сделка эта продолжается и поныне. Кроме того, братьям Очоа было гарантированно право продолжать управлять своим “бизнесом” из их тюрем-отелей.
Но это не означало, что кокаиновой торговле настал конец. Наоборот, она просто перешла в руки дублирующего картеля Кали, суть “бизнеса” при этом не изменилась. По какой-то странной причине “Агентство по борьбе с наркотиками”, по крайней мере до недавнего времени, просто игнорировало картель Кали, который по размерам равен Медельинскому картелю. Картель Кали отличается от Медельинского тем, что он управляется БИЗНЕСМЕНАМИ, которые избегают любых видов насилия и никогда не нарушают соглашений.
Еще более важно то, что Кали не ведет дел во Флориде. Один мой источник сообщил мне, что картель Кали управляется практичными бизнесменами, не похожими на других авторитетов кокаинового бизнеса. Он считает, что они “назначены специально”, но не знает, кем. “Они никогда не привлекают к себе внимания”, сказал он. “Они не разъезжают в импортных красных “феррари”, как Хорхе Очоа, сразу привлекая к себе внимание, потому что в Колумбию запрещено импортировать такие автомобили”.
Рынки картеля Кали — Лос-Анджелес, Нью-Йорк и Хьюстон, которые параллельно являются рынками героина. Кали не показывает никаких признаков вторжения во Флориду. Бывший оперативник АБН, мой коллега, сказал недавно: “Эти ребята из Кали очень толковые. Они другой породы, чем братья Очоа. Они действуют как профессиональные бизнесмены. Они сейчас крупнее, чем Медельинский картель, и мы увидим, что в США будет поступать больше кокаина, чем когда-либо прежде. Похищение Мануэля Норьеги облегчило прохождение потока кокаина и денег через Панаму с ее многочисленными банками. Вот весь итог операции “Правое дело” Джорджа Буша. Суть ее в том, что она облегчила жизнь Николасу Ардиго Барлетта, которого раньше контролировали Очоа и который сейчас занимается обеспечением операций картеля Кали”.
Основываясь на моем опыте с торговлей героином, я полагаю, что Комитет 300 вмешался и взял на себя полный контроль за кокаиновой торговлей в Южной Америке. Другого объяснения роста влияния картеля Кали и похищения генерала Норьеги просто нет. Получал ли Буш приказы в отношении Норьеги из Лондона? Существуют все признаки того, что его буквально ЗАСТАВИЛИ вторгнуться в Панаму и похитить Норьегу, который стал серьезным препятствием “торговле” в Панаме, особенно в банковском деле.
Несколько бывших агентов разведки высказали мне свои мнения, которые совпали с моим. Как и в войне в Персидском заливе, которая последовала за операцией в Панаме, только после нескольких настойчивых телефонных звонков посла Британии в Вашингтоне Буш наконец набрался смелости для осуществления совершенно незаконной операции против генерала Норьеги. Тот факт, что Буш был поддержан британской прессой и газетой “Нью-Йорк таймс”, руководимой британской разведкой, говорит сам за себя.
Норьега был когда-то любимцем вашингтонгского истэблишмента. Он водил дружбу с Уильямом Кейси и Оливером Нортом и даже встречался с президентом Джорджем Бушем по меньшей мере два раза. Норьегу часто видели в Пентагоне, где с ним обходились, как с каким-нибудь арабским властителем, а в штаб-квартире ЦРУ в Лэнгли, Вирджиния перед ним всегда расстилали красный ковер. Есть документальные свидетельства того, что разведка армии США и ЦРУ выплатили ему 320 000 долларов.
Тучи на горизонте начали сгущаться примерно в то время, когда основная кокаиновая торговля переходила от братьев Очоа и Пабло Эскобара к картелю Кали. Совершенно неожиданно началась агитационная кампания против Норьеги, во главе которой стоял сенатор Джесси Хелмс, который в 1985 году продался Ариэлю Шарону и израильской партии “Хистрадут” (Histradut). Джесси Хелмс и его сторонники получили поддержку от Саймона Херша, агента британской разведки, работающего на “Нью-Йорк таймс”, которая была рупором британской разведки в США с тех времен, когда босс МИ-6, сэр Уильям Стефенсон, занял здание компании RCA в Нью-Йорке.
Очень показательно, что именно Хелмсу было поручено вести кампанию против Норьеги. Хелмс — любимчик фракции Шарона в Вашингтоне, а Шарон был главным торговцем оружием в Центральной Америке и Колумбии. Более того, Хелмса уважают христианские фундаменталисты, которые веруют в принцип: “Израиль — моя страна, права она или нет”. Таким образом в обществе было создано мощное настроение за то, чтобы “убрать Норьегу”. Очевидно, что Норьега мог бы создать серьезные препятствия международным торговцам наркотиками и их банкирам от Комитета 300, поэтому его необходимо было убрать, пока он не причинил серьезного вреда.
Британские хозяева заставили Буша провести незаконную военную операцию в Панаме, в результате которой было бессмысленно убито не менее 7 000 панамцев и уничтожено много имущества. Не было никаких доказательств того, что Норьега являлся “наркоторговцем”, поэтому его похитили и привезли в США. Это один из самых вопиющих примеров международного разбоя в истории. Эта незаконная акция, возможно, наиболее точно соответствует философии Буша: “Моральная сторона американской (читай: британской королевской семьи и Комитета 300) политики требует от нас следовать моральному курсу такого мира, где выбирается меньшее из зол. Это и есть реальный мир, не разделенный на черное и белое. Здесь очень мало моральных абсолютов”.
Лучше было выбрать “меньшее из зол” и похитить Норьегу, чем позволить ему принять жесткие меры против панамских банков, работающих на Комитет 300. Случай с Норьегой — прототип будущих действий чудовищного Единого Мирового Правительства. Набравшийся смелости Буш выступил в открытую, безбоязненно, потому что мы, народ, облачились в духовную мантию, которая поощряет ЛОЖЬ и отвергает даже малейшую частицу ПРАВДЫ. Вот тот мир, который мы приняли, с которым согласились. Если бы это было не так, по стране из-за вторжения в Панаму пронеслась бы буря гнева, которая не прекращалась бы, пока Буш не был бы сброшен со своего поста. Уотергейтские преступления Никсона кажутся детскими шалостями по сравнению со многими нарушениями законности, достойными импичмента, совершенными Президентом Бушем, когда он приказал начать вторжение в Панаму, чтобы похитить генерала Норьегу.
Дело правительства против Норьеги основано на ложных свидетельствах группы лиц, в большинстве своем уже осужденных и дающих ложные показания для облегчения собственных приговоров. Гилберт и Салливан были бы в восторге от этих действий, будь они сейчас в живых. “Они поставили их во главе АБН” звучало бы гораздо более уместно, чем “они поставили их во главе королевского флота” (цитата из “Корабль королевского флота “Пинафор”). То, что выделывают эти жулики-артисты, выглядит как абсолютный гротеск, как представление плохо дрессированных тюленей для Министерства юстиции США, если можно позволить использовать это прекрасное чистое животное для такого грязного сравнения.
В этих свидетельствах ключевые даты абсолютно не совпадают между собой, ключевые подробности отсутствуют полностью, а также имеют место потери памяти в отношении ряда важных деталей. Все это демонстрирует очевидный факт, что правительство не имеет ничего против Норьеги, но это никого не смущает; “Королевский институт международных дел” говорит “его все равно следует осудить”, и это все, что может ожидать бедного Норьегу. Один из главных свидетелей по делу является некий Флойд Карлтон Касерес (Floyd Carlton Caceres), бывший пилот братьев Очоа. После его ареста в 1986 году, Карлтон пытался облегчить свое положение за счет Норьеги.
Он рассказал следователям из АНН, что братья Очоа заплатили Норьеге 600 000 долларов за разрешение на посадку и заправку в Панаме трех самолетов с грузом кокаина. Но в суде в Майами очень быстро стало очевидным, что все “ключевые свидетельства” оказались в лучшем случае неудавшейся шуткой. Перекрестный допрос выявил истину: никто не собирался платить за разрешение полетов, братья Очоа даже не обращались к Норьеге. Более того, в декабре 1983 года Норьега запретил все рейсы из Медельина в Панаму. Карлтон был не единственным дискредитированным свидетелем.
Еще более гнусным лжецом, чем Карлтон, является Карлос Ледер, который был одной из ключевых фигур Медельинского картеля, пока его не арестовали в Испании и не выдали США. Кто предоставил АБН важную информацию о том, что Ледер находился в Мадриде? “Агентству по борьбе с наркотиками” с большой неохотой пришлось согласиться с тем, что успехом этой важной операции оно обязано Норьеге. Однако сейчас Министерство юстиции США использует Ледера в качестве свидетеля против Норьеги. Уже один этот свидетель демонстрирует всю злонамеренность дела правительства США против Мануэля Норьеги.
В обмен за оказанные услуги Ледеру был смягчен приговор и предоставлены лучшие условия содержания — комната с хорошим видом из окна и телевизором, а его семье было предоставлено право постоянного жительства в США. Бывший прокурор США Роберт Меркел, который был обвинителем Ледера в 1988 году, заявил газете “Вашингтон пост”: “Я не думаю, что правительству следует заключать сделки с Карлосом Ледером… Этот парень — отпетый лжец”.
Министерство юстиции — название которого совершенно не соответствует тому, за что оно реально выступает — использовало против Норьеги полный набор своих грязных трюков: незаконное прослушивание его телефонных переговоров со своим адвокатом; назначение государственного адвоката, который делал вид, что защищает интересы Норьеги, а в самый разгар дела просто прекратил его защищать; замораживание банковских счетов Норьеги, чтобы не дать ему возможности нанять квалифицированных адвокатов; похищение, незаконная военная операция и т. д. Только в одном этом случае правительство нарушило больше законов, чем Норьега за всю свою жизнь, если он вообще когда-либо нарушал закон.
Именно Министерство юстиции США, а не Норьегу, нужно было уже десять раз отдать под суд. Его дело показало, что вместо “юстиции” в этой стране в открытую действует преступная и порочная система. На суд должна быть вынесена сама ведущаяся в США “война с наркотиками”, а также так называемая политика администрации Буша в отношении наркотиков. Процесс Норьеги, хотя он и кончился грубым и вопиющим насилием над справедливостью, тем не менее дает некоторую компенсацию тем, кто не слеп, не глух и не нем. Он доказал от начала и до конца, что Британия командует нашим правительством, и открыл полное банкротство идеологии администрации Буша, которая приняла на вооружение девиз: “В любом случае цель всегда оправдывает средства. Существует очень мало моральных абсолютов”. Для Буша, как и для большинства политиков, действовать исходя из АБСОЛЮТНОЙ МОРАЛИ было бы САМОУБИЙСТВОМ. Только в такой атмосфере мы могли позволить президенту Бушу нарушить по крайней мере шесть законов США и ДЕСЯТКИ МЕЖДУНАРОДНЫХ ДОГОВОРОВ при развязывании войны с Ираком.
Сейчас мы являемся свидетелями того, как в Колумбии и в Вашингтоне происходит коренная перестройка механизма управления кокаиновой торговлей: без насилия и без стрельбы. Пусть джентльмены в деловых костюмах из картеля Кали ведут свой бизнес по-джентльменски. Короче говоря, Комитет 300 напрямую приступил к управлению кокаиновой торговлей, которая с этого момента пойдет так же гладко, как и героиновая торговля. Новому правительству Колумбии предписывают изменить тактику и направление действий. Оно должно подчиняться правилам игры Комитета.
Следует упомянуть об участии США в опиумной торговле с Китаем, которая началась на юге Соединенных Штатов еще до Гражданской войны. Какая может быть связь между опиумной торговлей и громадными плантациями хлопка на Юге? Чтобы установить это, мы должны отправиться в Бенгалию, в Индию, где производился самый высококачественный (если только можно называть “высококачественным” такое мерзкое вещество) опиум, на который всегда был большой спрос. Хлопок был самым важным товаром в Англии после опиума, которым торговала БОИК.
Большая часть хлопка с южных плантаций перерабатывалась на рабских фабриках Северной Англии, где женщины и дети зарабатывали скудное пропитание за 16 часовой рабочий день. Текстильные фабрики принадлежали богатым людям из лондонского высшего общества — Пальмерстонам, Бэрингсам, Кесуикам и главным образом Джардину Матесону, владевшему судоходной компанией “Голубая звезда”, корабли которой перевозили в Индию отделанные хлопковые ткани. Они могли не заботиться о чудовищно плохих условиях, в которых жили подданные ее величества. В конечном счете именно за счет этого они и существовали, а их мужья и сыновья плодотворно трудились на полях сражений, чтобы сохранять необъятную империю ее величества, как делали они это на протяжении веков, а затем — в кровавой Бурской войне. Это была Британская традиция, не так ли?
Экспортируемый в Индию готовый хлопковый текстиль разорял традиционных индийских производителей изделий из хлопка. Ужасную нужду терпели тысячи индийцев, выброшенных с работы в результате того, что рынки захватили более дешевые британские товары. Индия стала крайне зависеть от Британии, ибо ей нужна была валюта, чтобы заплатить за свои железные дороги и готовый английский хлопковый текстиль. Существовало единственное решение индийских экономических проблем. Производить больше опиума и продавать его за бесценок “Британской ост-индской компании”. Это был фундамент, на котором росла и расцветала британская торговля. Без опиумной торговли Британия была бы банкротом.
Знали ли южные плантаторы гнусный секрет обмена опиума за хлопок? Маловероятно, чтобы некоторые из них не знали, что происходило. Возьмите, например, семью Сазерленд (Sutherland), владельцев обширнейших хлопковых плантаций на Юге. Сазерленды были в тесных родственных связях с семьей Матесон — Джардин Матесон — которые в свою очередь были деловыми партнерами банка Baring Brothers (“Братья Бэринг”), основавшего знаменитую Penisular and Orient Navigation Line (P&O) — крупнейшую среди множества британских торговых судоходных компаний.
Братья Бэринг были крупными инвесторами в южные плантации, а также в судоходные компании США, корабли которых бороздили моря между китайскими портами и всеми самыми важными портами побережья США. Сегодня банк Baring Brothers управляет рядом крупных финансовых компаний и банков США. Все представители этих семейств были и остаются членами Комитета 300.
Большинство семей, составляющих так называемый “Восточный либеральный истэблишмент”, куда входят богатейшие династии США, сколотили свои состояния либо на торговле хлопком, либо на торговле опиумом, а в некоторых случаях и на том, и на другом. Леманы (Lehmans) представляют собой выдающийся пример. Когда речь заходит о состояниях, накопленных исключительно на торговле опиумом с Китаем, первые имена, которые приходят на ум, — Асторы и Делано (the Astors and the Delanos). Жена президента Франклина Д. Рузвельта была из семьи Делано.
Джон Джэкоб Астор сколотил огромное состояние на опиумной торговле с Китаем, после чего он стал вести респектабельный образ жизни, купив на свои грязные деньги большие участки земли на Манхэттене. Всю свою жизнь Астор играл большую роль в разработке планов Комитета 300. Фактически именно Комитет 300 определял, кто будет участвовать в сказочно прибыльной опиумной торговле с Китаем через свою монополию БОИК, а облагодетельствованные такой щедростью навсегда оставались преданными Комитету 300.
Вот почему, как мы обнаружим, большая часть недвижимости на Манхэттене принадлежит различным членам Комитета 300, как было еще с тех времен, когда ее начал скупать Астор. Используя право доступа к записям, закрытым для тех, кто не входит в британскую разведку, я обнаружил, что Астор долгое время был важным агентом британской разведки в США. Тот факт, что Астор финансировал Аарона Берра (Aaron Burr), убийцу Александра Гамильтона, доказывает это вне всякого сомнения. Сын Джона Д. Астора, Уолдорф Астор (Waldorf Astor), был удостоен чести стать членом “Королевского института международных дел” (КИМД), через который Комитет 300 управляет практически всеми аспектами нашей жизни в США. Считают, что семья Астор выбрала Оуена Латтимора (Owen Lattimore), чтобы продолжать свои связи с опиумной торговлей, которую он осуществлял через финансируемый Лаурой Спелман (Laura Spelman) “Институт тихоокеанских отношений” (Institute for Pacific Relations, IPR) (ИТО). Именно ИТО осуществлял контроль за вхождением Китая в торговлю опиумом в качестве равноправного партнера, а не просто как поставщика. Именно ИТО проложил дорогу для нападения японцев на Перл Харбор. Попытки превратить японцев в опиумных наркоманов потерпели полный провал.
К концу столетия олигархические плутократы Британии были как разжиревшие стервятники на равнине Серенгети во время ежегодных миграций антилоп гну. Их доход от торговли опиумом с Китаем превышал доход Давида Рокфеллера на НЕСКОЛЬКО МИЛЛИАРДОВ ДОЛЛАРОВ ЕЖЕГОДНО. Исторические записи, ставшие доступными мне в Британском музее и “Индийском офисе”, а также из других источников — от бывших коллег, работавших на ответственных постах, полностью это доказали.
К 1905 году китайское правительство, глубоко обеспокоенное увеличением числа курильщиков опиума в Китае, пыталось получить помощь от международного сообщества. Британия притворилась, что хочет сотрудничать, но ничего не сделала, чтобы соблюдать протоколы 1905 года, которые она подписала. Позднее правительство ее величества открыто заняло противоположную позицию, показав Китаю, что ему лучше присоединиться к опиумному бизнесу, чем пытаться покончить с ним.
Британия наплевала даже на Гаагскую конвенцию. Делегаты конвенции договорились о том, что Британия будет твердо соблюдать подписанные ею протоколы, что значительно уменьшило бы количество опиума, продаваемого в Китае и других местах. Британцы, поддерживая это на словах, не имели намерения прекращать свою торговлю человеческим горем, которая включала в себя и так называемую “свиную торговлю”.
Их слуга, президент Буш, во время ведения жестокой войны и геноцида иракской нации ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО ради британских интересов, тоже нагло попрал нормы международного права, нарушив “Гаагское соглашением по воздушным бомбардировкам” и множество международных соглашений, подписанных США, включая ВСЕ Женевские конвенции.
Когда японцы, будучи весьма обеспокоенными британской контрабандой опиума в их страну, представили доказательства того, что торговля опиумом не только не уменьшилась, но напротив возросла, делегат ее величества на Пятой гаагской конвенции представил статистику, которая противоречила японским данным. Британский делегат поставил все с ног на голову, заявив, что наступил самый подходящий момент, чтобы легализовать продажу опиума, что позволило бы покончить с тем, что он называл “черным рынком”.
От имени правительства ее величества он утверждал, что японское правительство будет иметь тогда монополию и сможет контролировать торговлю. ТОЧНО ТАКОЙ ЖЕ АРГУМЕНТ БЫЛ ВЫДВИНУТ ПОДСТАВНЫМИ ЛИЦАМИ БРОНФМАНА И ДРУГИХ КРУПНЫХ НАРКОДЕЛЬЦОВ — ЛЕГАЛИЗОВАТЬ КОКАИН, МАРИХУАНУ И ГЕРОИН: ПУСТЬ ПРАВИТЕЛЬСТВО США ИМЕЕТ МОНОПОЛИЮ, ЧТО ПОЗВОЛИТ СЭКОНОМИТЬ МИЛЛИАРДЫ ДОЛЛАРОВ НАЛОГОПЛАТЕЛЬЩИКОВ, ИДУЩИЕ НА ФАЛЬШИВУЮ ВОЙНУ С НАРКОТИКАМИ.
В период с 1791 года по 1894 год число лицензированных опиумных курилен в Шанхае возросло с 87 до 663. Поток опиума в Соединенные Штаты также увеличился. Предчувствуя возможные проблемы в Китае, которые могли бы вызвать внимание мировой общественности, плутократы из “Ордена рыцарей св. Иоанна” и “Ордена подвязки” перевели часть своих операций в Персию (Иран). Лорд Инчкейп (Inchcape), основавший крупную пароходную компанию, которая в конце XIX века была крупнейшей в мире — легендарную компанию “Peninsula and Orient Steam Navigation Company”, был главным инициатором создания “Гонконг энд Шанхай банкинг корпорейшн” (HSBC), который остается самым крупным и наименее контролируемым расчетным банком для опиумной торговли. Кроме того, этот банк финансировал “свиную торговлю” (“pig trade”) с Соединенными Штатами.
Британцы устроили комбинацию, в результате которой китайские “кули” были посланы в США как работники по договорам. Железная дорога ненасытной семьи Гарриманов нуждалась в “кули”, чтобы продвигать железнодорожное сообщение на запад к побережью Калифорнии. Достаточно странно то, что в то время очень малому числу негров предоставили тяжелую ручную работу, к которой они были привычны и которую они могли бы выполнить лучше, чем изнуренные опиумные наркоманы, прибывшие из Китая.
Проблема заключалась в том, что среди негров не было рынка для опиума, более того, лорду Инчкейпу, сыну основателя Peninsula and Orient, требовались “кули”, чтобы контрабандно ввозить тысячи фунтов сырого опиума в Северную Америку, для чего негры не годились. Это был тот самый лорд Инчкейп, который в 1923 году выступал против сокращения производства опиумного мака в Бенгалии. “Этот самый важный источник дохода необходимо тщательно сохранять” - заявил он комиссии, которая якобы изучала производство опиума в Индии.
К 1846 году 120 000 “кули” уже прибыли в США работать на железной дороге Гарримана, строившейся в западном направлении. “Свиная торговля” процветала, потому что по оценке правительства США 115 000 из числа прибывших были опиумными курильщиками. Когда железная дорога была закончена, китайцы не вернулись на родину, а расселились в Сан-Франциско, Лос-Анджелесе, Ванкувере и Портленде. Они создали большую культурную проблему, которая не решена до сих пор.
Интересно отметить, что Сесил Джон Родс (Cecil John Rhodes), член Комитета 300, который представлял интересы Ротшильдов в Южной Африке, последовал примеру Инчкейпа, привезя сотни тысяч индийских “кули” работать на плантациях сахарного тростника в провинции Наталь. Среди них был Махатма Ганди, коммунистический агитатор и смутьян. Как и китайские кули, индусы не вернулись на родину по истечении сроков их контрактов. Они также породили крупные социальные проблемы, а их потомки стали адвокатами, которые составили головной отряд тех, кто просочился в правительство от Африканского Национального Конгресса.
К 1875 г. китайские “кули” из Сан-Франциско создали канал поставки опиума, в результате чего к опиуму пристрастились 129 000 американцев. Вместе с уже имевшимися 115 000 наркоманами из числа китайцев они представляли собой такой рынок сбыта, который позволял лорду Инчкейпу нагребать сотни тысяч долларов ежегодно только из этого источника, а по нынешним ценам это составляло по меньшей мере 100 миллионов долларов в год.
Те же самые британские и американские семьи, которые устроили крах индийской текстильной промышленности, чтобы способствовать торговле опиумом, и которые привезли африканских рабов в США, устроили так, что “свиная торговля” стала ценным источником дохода. Позднее они стали составлять политические комбинации, приведшие к развязыванию “Войны между штатами”, известной также как Американская Гражданская война.
Прогнившие американские семьи, связанные дьявольским партнерством, насквозь коррумпированные и барахтающиеся в грязной роскоши, превратились в то, что ныне известно как “восточный либеральный истэблишмент”, члены которого под чутким руководством и управлением британской короны, а впоследствии “Королевского института международных дел” (КИМД) — ее внешнеполитического исполнительного органа, управляли и продолжают управлять этой страной сверху донизу через свое тайное параллельное правительство высшего уровня, которое связано теснейшими узами с Комитетом 300 — АБСОЛЮТНО тайным обществом.
К 1923 году стало раздаваться все больше голосов против этой угрозы, которая до этого совершенно свободно проникала в США. Думая, что Соединенные Штаты являются свободной и суверенной нацией, конгрессмен Стивен Портер, председатель комитета по иностранным делам палаты представителей, вынес на обсуждение резолюцию, которая обязывала Британию отчитываться о своем экспортно-импортном опиумном бизнесе по каждой стране. Резолюция устанавливала квоты для каждой страны, что сократило бы количество производимого опиума на 10%. Эта резолюция прошла как законодательный акт, и Конгресс США одобрил этот законопроект.
Но у “Королевского института международных дел” были совсем другие идеи. Основанный в 1919 году накануне Парижской мирной конференции в Версале, это был один из самых ранних исполнителей воли Комитета 300 в сфере внешней политики. Проведенные мной исследования протоколов палаты представителей конгресса США показали, что Портер совершенно не знал о тех мощных силах, против которых он выступал. Портер даже не знал о существовании КИМД, тем более о его специфической задаче контролировать каждую грань жизни Соединенных Штатов.
По-видимому, конгрессмен Портер получил намек от Банка Моргана на Уолл Стрит оставить в покое все это дело. Но вместо этого взбешенный Портер перенес свою борьбу в “Опиумный комитет” Лиги наций. Полная неосведомленность Портера о том, кто был против него, просматривается в некоторых его письмах к коллегам по комитету по иностранным делам палаты в связи с открытой британской оппозицией его предложениям.
Представитель ее величества побранил Портера, а затем, действуя как отец в отношении блудного сына, британский делегат — по инструкции КИМД — представил предложения ее величества об УВЕЛИЧЕНИИ опиумных квот вследствие увеличения потребления опиума в медицинских целях. Согласно документам, которые я смог найти в Гааге, Портер сначала пришел в замешательство, потом удивился, а потом пришел в ярость. Вместе с китайским делегатом Портер демонстративно покинул полномочное заседание комитета, оставив поле боя за Британией.
В его отсутствие британскому делегату удалось убедить Лигу наций одобрить предложения правительства ее величества о создании “прирученного тигра” — “Центрального совета по наркотикам”, главной функцией которого был сбор информации, содержание которой было преднамеренно туманно и завуалировано. Что нужно было делать с этой “информацией”, никто не знал. Портер вернулся в США потрясенным и более умудренным человеком.
Еще одним сокровищем британской разведки был баснословно богатый Уильям Бингхэм (Bingham), на одной из представительниц семьи которого женился один из братьев Бэринг. В бумагах и документах, которые я видел, утверждалось, что братья Бэринг управляли компанией “Филадельфийские квакеры” и владели половиной недвижимости в этом городе, что оказалось возможным благодаря богатству, накопленному братьями Бэринг от торговли опиумом в Китае. Другим человеком, которого щедро облагодетельствовал Комитет 300, был Стефан Жирар (Girard), чьи потомки унаследовали “Жирар банк и траст” (Girard Bank and Trust).
Семьи, история которых связана с историей Бостона и которые никогда не станут общаться с нами, с обычными людьми, были тесно повязаны Комитетом 300 и его сверхприбыльной опиумной торговлей в Китае. Многие известные семьи напрямую ассоциируются с печально известным банком “Гонконг энд Шанхай банкинг корпорейшн” (HSBC), который продолжает оставаться клиринговой палатой для миллиардов долларов, поступающих от опиумной торговли в Китае.
В документах “Британской ост-индской компании” фигурируют такие знаменитые имена, как Форбсы, Перкинсы и Хатауэи. Эти представители истинно американской “голубой крови” создали “Рассел и Ко”, основная деятельность которой состояла в торговле опиумом. Помимо этого они контролировали другие каналы поставки наркотиков от Китая до Южной Африки, а также все промежуточные пункты. В качестве награды за службу британской короне и БОИК Комитет 300 в 1833 году предоставил им монополию на работорговлю.
Бостон обязан своим великолепным прошлым торговле хлопком, опиумом и рабами, пожалованной ему Комитетом 300. В Лондоне я удостоился привилегии изучить определенные документы, из которых следовало, что бостонские торговые семьи были главной опорой британской короны в США. В документах “Индийского офиса” и в банковских записях в Гонконге Джон Меррей Форбс (John Murray Forbes) упоминается как глава “бостонских голубых кровей” (“Boston Blue Bloods”).
Сын Форбса был первым американцем, которому Комитет 300 разрешил заседать в совете директоров “Гонконг энд Шанхай банкинг корпорейшн” (HSBC), остающегося и сегодня самым престижным наркобанком в мире. Когда я был в Гонконге в начале 1960-х годов в качестве “историка, интересующегося “Британской ост-индской компанией”, мне показали старые документы, включая списки членов прошлых советов директоров этого знаменитого банка, и, конечно, имя Форбса было среди них.
Семья Перкинсов, столь знаменитая, что их имя все еще произносится благоговейным шепотом, была глубоко вовлечена в подлую грязную торговлю опиумом в Китае. Фактически Перкинс-старший был одним из первых американцев, избранным в Комитет 300. Его сын, Томас Нельсон, был человеком Моргана в Бостоне и по существу также агентом британской разведки. Его непривлекательное — я бы сказал отвратительное прошлое никого не интересовало, когда он щедро одарил Гарвардский университет. В конце концов, Кантон и Цянцинь были далеко от Бостона, да и кто стал бы интересоваться тем, что там творилось?
Перкинсам много помогло то, что Морган был могущественным членом Комитета 300, что дало возможность Томасу Н. Перкинсу сделать бурную карьеру в торговле опиумом в Китае. Все Морганы и Перкинсы были франкмасонами, что было еще одной нитью, связывающей их, ибо только масон высокой степени имел какую-то надежду быть избранным Комитетом 300. Сэр Роберт Харт, который был в течение почти трех десятилетий шефом “Имперской китайской таможенной службы” (читай: агентом номер один британской короны в опиумной торговле в Китае), был впоследствии назначен в совет директоров дальневосточного отделения Morgan Guarantee Bank.
Благодаря доступу к историческим записям в Лондоне и Гонконге я смог узнать, что сэр Роберт установил близкие отношения с компаниями Моргана в Соединенных Штатах. Необходимо отметить, что интересы Моргана в торговле опиумом и героином продолжают оставаться неизменными; об этом свидетельствует тот факт, что Давид Ньюбиггинг (David Newbigging) входит в консультационный совет гонконгской компании Моргана, которая является совместным предприятием с Джардином Матесоном.
Тем, кто знает Гонконг, имя Ньюбиггинга известно как самое влиятельное имя в Гонконге. В дополнение к его членству в совете директоров элитного банка Моргана Ньюбиггинг является советником китайского правительства. Опиум за ракетную технологию, опиум за золото, опиум за современные компьютеры — для Ньюбиггинга все равно. Связи банков, финансовых и торговых компаний и семей, которые управляют ими, столь переплетены, что запутали бы Шерлок Холмса, и тем не менее их необходимо распутать и проследить, если мы хотим понять их связи с торговлей наркотиками и их членством в Комитете 300.
Ввоз в Соединенные Штаты алкоголя и наркотиков был результатом деятельности той же самой “конюшни”, занимаемой теми же самыми “чистокровными жеребцами”. Прежде всего надо было запретить в США спиртные напитки. Это было сделано наследниками “Британской ост-индской компании”, действовавшими на основании опыта, полученного из тщательно ведшейся документации “Китайской внутренней миссии”, ныне хранящейся в “Индийском офисе”. Они учредили “Женский христианский союз умеренности”, который должен был препятствовать потреблению алкоголя в Америке.
Мы говорим, что история повторяется, и в некотором смысле это верно, но повторяется она по восходящей спирали. Сегодня мы узнаем, что некоторые самые крупные компании, “загрязняющие”, как считают, землю, являются самыми крупными спонсорами экологического движения. “Большие имена” шлют своё послание. Принц Филипп — один из их героев, однако его сын принц Чарльз владеет миллионами акров лесов в Уэлльсе, где регулярно проводятся промышленные вырубки, и, кроме того принц Чарльз является одним из самых крупных владельцев трущобных жилых кварталов в Лондоне, где уровень загрязнения просто ужасен.
В случае же тех, кто протестовал против “порока пьянства”, мы узнаем, что они финансировались Асторами, Рокфеллерами, Вандербильтами, Спелманами и Варбургами, которые имели крупные доли в торговле спиртным. По указанию британской короны лорд Бивербрук (Beaverbrook) приехал из Англии сказать этим богатым семьям Америки, что они должны вкладывать деньги в “Женский христианский союз умеренности”. (Это был тот самый лорд Бивербрук, который приехал в Вашингтон в 1940 году и ПРИКАЗАЛ Рузвельту вступить в войну, которая по сути была войной Британии.)
Рузвельт выполнил приказ, разместив флот США в Гренландии, который за 9 месяцев до Перл Харбора выслеживал и атаковал немецкие подлодки. Как и его последователь Джордж Буш, Рузвельт относился к Конгрессу как к надоедливой мухе, действуя как король — это чувство он испытывал в сильной степени, так как он находился в родственных отношениях с королевской семьей. Ф.Д. Рузвельт никогда не просил разрешения Конгресса на свои незаконные действия. Именно это Британия имеет в виду, говоря о своих “особых отношениях с Америкой”.
Торговля наркотиками имеет связь с убийством президента Джона Ф. Кеннеди; это мерзкое дело позорит честь нации и будет продолжать это делать, пока правосудие вершат преступники. Есть доказательства, что мафия замешана в этом через ЦРУ, заставляя вспомнить, что все это началось со старой сети Мейера Лански, которая развилась в террористическую организацию “Иргун”, а Лански оказался одним из лучших агентов по ведению культурной войны против Запада.
Через более респектабельных посредников Лански был связан с британскими высшими слоями в деле распространения наркотиков и развития азартных игр на Райском острове (Багамские острова) под прикрытием The Mary Carter Paint Company — совместного коммерческого предприятия Лански и британской разведслужбы МИ-6. Лорд Сэссон (Sassoon) был впоследствии убит, потому что он снимал сливки с доходов и грозился выдать всех, если его накажут. Рэй Вольф (Ray Wolfe) был более солиден, представляя канадских Бронфманов. Хотя Бронфманы не были причастны к масштабному предприятию Черчилля “Nova Scotia Project”, они были и остаются важными агентами британской королевской семьи по торговле наркотиками.
Сэм Ротберг (Sam Rothberg), близкий соратник Мейера Лански, работал также с Тибором Розенбаумом (Tibor Rosenbaum) и Пинчас Сапиром (Pinchas Sapir), все трое являлись ключевыми фигурами в наркобизнесе Лански. Розенбаум вел операции по отмыванию денег в Швейцарии через Banque du Credite International, специально учрежденный им для этих целей. Этот банк быстро расширил свою деятельность и стал главным банком, используемым Лански и его помощниками-гангстерами для отмывания денег, полученных от проституции, наркотиков и прочего рэкета мафии.
Следует отметить, что банк Тибора Розенбаума использовался теневым шефом британской разведки сэром Уильямом Стефенсоном (Sir William Stephenson), правая рука которого майор Джон Мортимер Блумфильд (John Mortimer Bloomfield), канадский гражданин, возглавлял Пятый отдел ФБР во время Второй Мировой Войны. Стефенсон был одним из первых, кто в XX веке стал членом Комитета 300, хотя Блумфильд так и не достиг этого. Как я показал в серии монографий об убийстве Кеннеди, именно Стефенсон тайно руководил операцией, которая была разработана под руководством Блумфильда. Прикрытие для убийства Кеннеди осуществляла другая связанная с наркотиками организация — Permanent Industrial Expositions (PERMINDEX) (“Постоянная Промышленная Выставка”), созданная в 1957 году и размещавшейся в здании компании World Trade Mart (“Всемирный торговый рынок”) в центре Нью-Орлеана.
Блумфильд был также адвокатом семьи Бронфманов. Компания World Trade Mart была создана полковником Клеем Шоу (Clay Shaw) и шефом Пятого отдела ФБР в Нью-Орлеане Ги Баннистером (Guy Bannister). Шоу и Баннистер были близко знакомы с Ли Харви Освальдом, обвиненным в убийстве Кеннеди и убитым наемным агентом ЦРУ Джеком Руби прежде чем он смог доказать, что не он стрелял в Кеннеди. Вопреки мнению Комиссии Уоррена и многочисленным официальным докладам, ТАК И НЕ БЫЛО УСТАНОВЛЕНО ни то, что Освальд был владельцем винтовки “Манлихер”, предполагаемого орудия убийства (что не соответствует действительности), ни то, что он стрелял из нее. Связь между торговлей наркотиками, Шоу, Баннистером и Блумфильдом подтверждалась неоднократно, и нет необходимости вновь касаться здесь этого вопроса.
Непосредственно после Второй мировой войны одним из самых распространенных методов, которым для отмывания денег пользовалась компания Resorts International и другие компании, связанные наркоторговлей, была отправка наличности курьерской службой в банк, специализирующийся на отмывании грязных денег. Сейчас все изменилось. Только “мелкая рыбешка” все еще использует этот рискованный метод. “Крупная рыба” проводит свои деньги через систему CHIPS, сокращение для Clearing House International Payment System (“Расчетная палата системы международных платежей”), созданную на базе расположенной в Нью-Йорке компьютерной системы “Бэрроуз” (Burroughs). Эту систему используют двенадцать крупнейших банков. Одним из них является “Гонконг энд Шанхай банкинг корпорейшн” (HSBC), другим — Credit Suisse (“Швейцарский кредит”), который на первый взгляд является образцом добропорядочности в банковском деле — если глубоко не вдаваться в суть его операций. В сочетании с системой SWIFT (“Society for World International Financial Transfers” — “Общество всемирных международных финансовых переводов”), базирующейся в штате Вирджиния, грязные деньги становятся невидимыми. Только явная небрежность время от времени подбрасывает ФБР удачу при условии, что ему не приказывают смотреть на это сквозь пальцы. С поличным конфискуют только деньги наркодилеров низшего эшелона. Элита же — Drexel Burnham (“Дрексель Бернхам”), Credite Suisse, “Гонконг энд Шанхай банкинг корпорейшн” (HSBC) — избегает разоблачения. Но эта ситуация, возможно, также изменится с крахом Bank of Credit and Commerce International (BCCI), в результате которого может всплыть много фактов о наркоторговле, если, конечно, будет проведено надлежащее расследование.
Одним из самых ценных активов в портфеле Комитета 300 является компания American Express (AMEX). Ее президенты регулярно занимают места в Комитете 300. Я впервые заинтересовался AMEX во время расследования, которое привело меня к Trade Development Bank (“Банку развития торговли”) в Женеве. Позднее это доставило мне кучу неприятностей. Я обнаружил, что Trade Development Bank, возглавляемый тогда Эдмундом Сафра (Edmund Safra), ключевым человеком в торговых операциях типа “золото — опиум”, поставлял тонны золота на гонконгский рынок.
Перед поездкой в Швейцарию, я съездил в Преторию, Южная Африка, где я встречался с д-ром Крисом Сталсом (Dr. Chris Stals), в то время заместителем управляющего South African Reserve Bank (“Южноафриканского резервного банка”), который контролировал все оптовые сделки с южноафриканским золотом. После нескольких разговоров в течение недели мне было сказано, что банк не может продать мне десять тонн золота, которое я был уполномочен купить от имени клиентов, которых, как предполагалось, я представлял. Мои друзья в надлежащих местах знали, как изготовлять документацию, не вызывающую сомнений.
Резервный Банк отослал меня к некой швейцарской компании, которую я назвать не могу, ибо это нарушит прикрытие. Мне также дали адрес Trade Development Bank в Женеве. Целью моего эксперимента было раскрыть механизм того, как продается и перемещается золото и, во-вторых, проверить поддельные документы, которые были приготовлены мне моими друзьями, бывшими разведчиками, которые специализировались на такого рода делах. Помните “М” в серии “Джеймс Бонд”? Позвольте мне уверить вас, что “М” действительно существует, только его истинный инициал “С”. Документы, которые были у меня, состояли из “ордеров на покупку” от лихтенштейнских компаний с соответствующими подкрепляющими бумагами.
Когда я обратился в Trade Development Bank, там меня сначала сердечно приветствовали, но по мере продвижения переговоров подозрительность усиливалась, пока я не почувствовал, что для меня уже небезопасно посещать банк, и не сказав никому в банке, я покинул Женеву. Позднее этот банк был продан American Express. Компания American Express подверглась краткой проверке со стороны бывшего Генерального прокурора США Эдвина Миза (Meese), после чего он был быстро уволен с должности и объявлен “коррупционером”. Я установил, что American Express всегда являлась каналом для отмывания наркоденег, и, более того, никто не смог объяснить мне, почему частная компания имеет право печатать доллары — разве не долларами являются дорожные чеки American Express? Впоследствии я разоблачил связь между Сафра и American Express и их причастность к торговле наркотиками, что огорчило многих, как можно предположить. Член Комитета 300 Джэфет (Japhet) управляет компанией Charterhouse Japhet, которая в свою очередь контролирует компанию Jardine Matheson как прямой выход на гонконгскую торговлю опиумом. Джэфеты, как говорят, являются английскими квакерами. Семья Матесонов, также члены Комитета 300, была главной фигурой в торговле опиумов в Китае, по крайней мере вплоть до 1943 года. Матесоны постоянно значились в Почетном списке королевы Англии с начала XIX столетия.
Высших распорядителей торговли наркотиками в Комитете 300 не мучит совесть из-за того, что каждый год они разрушают миллионы человеческих жизней. Они являются гностиками, катарами, членами культа Диониса, Озириса или того хуже. Для них “обычные” люди существуют лишь как средство достижения собственных целей. Их первосвященники, Булвер-Литтон (Bulver-Litton) и Олдос Хаксли (Aldos Huxley), проповедуют евангелие наркотиков как полезных веществ. Процитируем Хаксли:
“А для личного ежедневного употребления всегда существовали химические интоксиканты. Все растительные седативы (успокаивающие средства) и снотворные (обезболивающие), все эйфорики, растущие на деревьях, галлюциногены, зреющие в ягодах, употреблялись людьми с незапамятных времен. И к этим средствам изменения сознания современная наука прибавила свою гамму синтетических веществ. Для неограниченного употребления Запад разрешил только алкоголь и табак. Все другие химические Двери в Стене объявлены НАРКОТИКАМИ”.
Для олигархов и плутократов Комитета 300 наркотики решают две задачи: во первых, приносят колоссальные суммы денег и, во-вторых, окончательно превращают народ в бездумных наркотических зомби, которыми будет легче управлять, чем людьми, не нуждающимися в наркотиках, ибо наказание за мятеж будет означать прекращение снабжения героином, кокаином, марихуаной и др. Для этого необходимо легализовать наркотики, так что МОНОПОЛЬНАЯ СИСТЕМА, которая уже готова к введению, как только сложные экономические условия, предвестником которых является депрессия 1991 года, вызовет резкое повышение спроса на наркотики по мере того, как тысячи постоянно безработных станут обращаться к наркотикам как к утешению.
В одной из совершенно секретных статей “Королевского института международных дел” этот сценарий изложен следующим образом (частично):
“...будучи неудовлетворенными христианством и при широком распространении безработицы, те, кто останется без работы в течение пяти и более лет, отвернутся от церкви и будут искать утешения в наркотиках. Именно тогда должен быть установлен полный контроль за торговлей наркотиками, чтобы правительства всех стран, которые находятся под нашей юрисдикцией,имели бы МОНОПОЛИЮ, которой мы будем управлять через снабжение... Наркотические бары позаботятся о непокорных и несогласных, потенциальные революционеры будут превращены в безвредных наркоманов, не обладающих собственной волей…”.
Имеется достаточно много доказательств, что ЦРУ и британская разведка, особенно МИ-6, уже по крайней мере десять лет работают над достижением этой цели.
“Королевский институт международных дел” использовал труд всей жизни Олдоса Хаксли и Булвер-Литтона как программу достижения такого состояния человечества, когда люди уже не будут обладать собственной волей в условиях Нового Мирового Порядка и быстро приближающегося Нового Темного Века. Давайте посмотрим, что “первосвященник” Олдос Хаксли говорит об этом:
“Во многих обществах на многих уровнях цивилизации были предприняты попытки совместить наркотическое опьянение с Божественным опьянением. В древней Греции, например, этиловый спирт имел свое место в официальной религии. Дионис, Бахус, как мы часто его называем, был настоящим божеством. Полное запрещение химических изменений (сознания) может быть закреплено законодательно, но не может быть навязано принудительно. (ЯЗЫК НАРКОТИЧЕСКОГО ЛОББИ НА КАПИТОЛИЙСКОМ ХОЛМЕ).
22969
#2 Комментарий от ATIKIN | Записано: 20 декабря 2010 17:58
Публикаций: 0 | Комментариев: 7
Да, уж! Голубая кровь... это ж быдла и п-сы самые настоящие!
#1 Комментарий от GoodRulzzz | Записано: 11 декабря 2008 15:10
Публикаций: 0 | Комментариев: 0
очень содержательный материал!

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.